Материалы


Проповеди в Неделю по Богоявлении

В неделю по Крещении. Любовью назидая


Феофан Затворник.pngСвятитель Феофан Затворник (Вышенский)

Все, что к положению в нас христианской жизни зависит от благодати Божией, подается тотчас и обновление совершается благодатно, то же, что зависит от нашей свободы, отлагается до возраста, когда человек самостоятельно и самоохотно предает себя благодати.

Ныне неделя по Просвещении, или Крещении. Так названа она не по отношению к Крещению Господа, а по отношению к крещению верующих, которое в древности для взрослых совершалось на праздник Богоявления. Стало быть, нынешний день прямо напоминает нам о собственном нашем крещении, напоминает же конечно не праздномыслия ради, а затем, чтоб призвать нас к отчету пред своею совестию и Богом в том, что сделали мы с благодатию святого крещения. Я помогу вам, как это решить и что вследствие того надо нам делать.

Припомните беседу мою в воскресенье пред крещением. Там видели мы, что верующий должен выйти из купели крещения ревнителем исключительно о богоугождении, с готовностию на все ради того пожертвования. Сей жар ревности по Боге с любовию и самоотвержением составляет столь неотъемлемую черту христианской жизни, что в ком оно есть, тот живет, в ком нет его, тот или мертв, или замер и спит. Это семя жизни и вместе сила жизненная! Она есть плод сочетания благодати со свободою. Человек всецело предает себя Божию вседействию; благодать, пришедши, восприемлет его, исполняет его, сочетавается с ним, и из сей сокровенной сокровищницы жизни выходит человек обновления, ревнитель добрым делам, избранный быть святым и непорочным пред Богом в любви.

Когда взрослые крещаются, то они действительно являются таковыми тотчас по крещении, ибо они тут же от своего лица представляют все необходимые к сочетанию с благодатию расположения сердца. Относительно же тех, кои крещаются младенцами, Божественная экономия нашего спасения благоволила установить такой порядок, что все, что к положению в нас начала христианской жизни зависит от благодати Божией, подается тотчас и обновление совершается благодатно, то же, что зависит от нашей свободы, отлагается до возраста, когда человек самосознательно и самоохотно предает себя благодати; и тогда обновление, совершившееся прежде, как бы независимо от него, одною благодатию усвояется его лицу и начинает совершаться совместно и благодатию, и свободою. Тогда и он является крепким благодатию Божиею ревнителем исключительно о христианском Богоугождении с полным самоотвержением.

Всем известно, что до сего момента, столь решительного в жизни, все почти зависит от родителей и восприемников, потом — и от них, и от нашей свободы, далее же и от тех многообразных соотношений в жизни, в какие поставляет каждого непостижимое сочетание обстоятельств. От воздействия на наше сознание и свободу всех этих влияний и от того, как мы пользуемся ими, выходит, что у одних — все свет, у других — все тьма, у третьих — ни свет, ни тьма. Я разумею под сим то, что одни после прекрасного детства и отрочества, пришедши в сознание, возлюбляют христианство крепкою любовью и ревнуют по нем неуклонно, от силы в силу восходя и порываясь достигнуть в меру возраста исполнения Христова; другие — скоро уклоняются от Господа в путь страстей, в рабство духу мира и князю его и живут в богозабвении и богопротивных порядках; третьи — незнать кому принадлежат — не то Христу, не то миру, внешне участвуют во всех порядках христианской жизни, а мыслями и сердцем в другой области обращаются и в других предметах полагают свою утеху, услаждение и счастие: это христиане, не имеющие Духа Христова. Не о Господе у них забота, а об одном том, как бы покойно и утешно прожить на земле, среди всех порядков, в которые поставляет их случайная обстановка временной жизни, не обнаруживая себя, однако ж, чуждыми христианского чина, или не объявляя себя богоборцами и христоборцами отъявленными.

Итак, если ныне по указанию Святой Церкви обратясь назад, захотим мы добросовестно определить, каковы мы в отношении к Господу Иисусу Христу, исключительно служить Которому приняли мы обязательство во святом крещении, то одни окажутся ревностными любителями Господа и жизни христианской, другие — преданными миру и страстям христоборцами, третьи — внешними христианами с миролюбивым сердцем.

К кому же из сих обратить мне теперь слово?

Первые не требуют слова. Мы только можем, вслед их смотря, Господа прославлять и их ублажать. Блаженны вы, внявшие призванию Господа. Вы во свете лица Его шествуете и о имени Его радуетесь на всяк час, взывая: исчезе сердце мое в Тебе Боже, Боже сердца моего и Бог мой!

Ко вторым что и простирать слово, когда их здесь нет и никогда не бывает. Они совсем уклонились в путь погибельный. Об них можем жалеть только и молиться.

Итак, к вам слово мое, внешние христиане, без Духа Христова, без сердца, Господу всецело преданного, без ревности об угождении Ему единому; или не к вам одним, а к нам вместе, ибо и я первый от вас.

Что же мы с вами скажем себе? Ах, братие, понудим себя взойти в чувство опасения за себя и свою участь вечную. Сами мы ставим себя в ряд истинных любителей Божиих — и тех, кои еще здесь, на земле, и тех, кои уже на небе. Но от их Богопросвещенных очей не скрыто, кто мы, и, смотря на нас, они, верно, говорят: вот люди, кои, кажется, от нас суть, но не суть наши. Простое, кажется, но какое страшное слово, ибо если мы не их, то и они не наши, и ничто ихнее не наше. Стало, не наш Христос, не наши все обетования Его, не наш рай и вечное блаженство. А если это не наше, сами знаете, что после сего должно быть наше?! Видите, какая беда! Между тем, осмотритесь кругом: у нас все почти христианское, порядки христианские или полухристианские, понятия христианские, речи христианские, много правил и дел христианских. Чего недостает? Недостает сердца христианского. Оно не туда устремлено, не в Боге его благо, а в себе и мире, и не на небе его рай, а на земле. Недостает этой крепкой, как смерть, ревности о богоугождении и спасении. Мы как будто заснули и замерли, и движемся лишь так, как двигает нас течение жизни. Сию-то ревность и давайте возбуждать в себе ибо кто это сделает для нас, кроме нас? Сами привязались к миру, сами же и отрывать себя от него будем. Войдемте же к сердцу своему, холодному, нерадивому и беспечному, и начнем его дружески уговаривать образумиться наконец, стряхнуть узы страстей мира, самовольно на себя наложенные, и устремиться к Господу. Будем говорить душе своей так:

«Ты создана по образу и подобию Божию. Беспредельный Бог так благоволил устроить тебя, чтоб светиться в тебе с совершенствами Своими, как солнце светится в малой капле вод, и быть видиму в тебе и тебе, и всем, видящим тебя — земным и небесным. А ты отвратилась от Бога и обратилась к миру, восприяла его мерзкий образ и чрез то стала носить зверообразное подобие князя века сего. Помяни первое благородие свое — высокое и ни с чем не сравнимое, пожалей о настоящем неблагообразии и обратись ко Господу, чтоб опять обновиться по образу Создавшего тебя.

Бог ищет тебя и, ища, окружает всеми милостями и попечениями своими. Жизнь твоя — Его есть, и все к жизни потребное — Его же. И свет, и воздух, и пища, и одежда, и жилище, и все, что есть в тебе и у тебя, Его есть. И это что еще?

Тебя ради Он с неба нисшел, страдал, умер на кресте, воскрес, вознесся на небо, Духа Святого послал и учредил на земле Церковь, в коей совместил все ко спасению твоему нужное, и главное — путем рождения и порядком внешней твоей жизни ввел уже тебя в сию сокровищницу благ духовных. Видишь, сколько любви! И за все сие от тебя требует Он единого сердца твоего. И капля воды, согретая солнцем, восходит горе. Ты же, что медлишь обратиться ко Господу, со всех сторон согреваемая теплотою любви Его!

Не видишь ли, все вокруг тебя идут ко Господу — и бедные, и незнатные, и неученые -что же ты стоишь, попуская всех предварять тебя в Царствии? Будто ты хуже других, заделена чем, лишена чего из того, что всем дается. Что же стоишь, подвигнись, поспеши, пока не заключилась дверь, отверзтая ко принятию всех, обращающихся ныне.

Что стоишь — обратись ко Господу и начни Ему усердно работать! Время течет, силы стареют, грубеют и приближаются к неподвижности в своем превратном направлении; между тем ныне-завтра смерть; смотри, не остаться бы тебе совсем в этом закоснелом охлаждении ко Господу. Вспомни страшный конец, когда и Бог окончательно отвратится от не обращающихся к Нему и отвергнет отвергающих Его, — и страхом подвигнись устремиться ко Господу.

Взыщи Господа! Бог или мир — средины нет. Но или ты не видишь? Там — все, здесь — ничего; там истина, здесь призрак; там покой, здесь болезни и заботы; там довольство, здесь непрестанное томление; там радость и веселие, здесь только скорби и туга сердца. Все это ты знаешь, испытала, и все, однако ж, остаешься в той же суете ума и сердца. Рай на земле устроить хочешь. Осьмая уже тысяча, как миролюбцы истощаются в средствах устроить рай на земле, — и не только нет успеха, напротив, все идет к худшему. Не успеешь и ты, а только измучишься, гоняясь за призрачными благами мира, как дети за убегающею радугою».

Такими и подобными сим речами будем уговаривать душу свою возлюбить Господа, всецело к Нему обратиться и возревновать наконец решительно о спасении своем. Не случится ли и с нами то же, что бывает с воздушными шарами? — Будучи наполнены газом, тончайшею стихиею, с какою быстротою устремляются они кверху! Наполним и мы душу свою небесными истинами и убеждениями. Они проникнут и в сердце, привлекут желания, а там и все существо наше устремят к небу и всему небесному.

Впрочем, какая душа не знает всего этого? Все мы знаем, что надо исключительно Господу сердцем принадлежать и все обращать на угождение Ему единому — и малое, и великое. Но когда надлежит приступить к делу, отрешиться от всего, начинаем разные употреблять отговорки, чтобы остаться при своих пристрастиях. Где, говорят, нам? Эта высокая жизнь принадлежит только избранникам. Мы же хоть кое-как. Кто избран, тот особенно и призывается, как например, апостол Павел и прочие. На это вот что скажу. А эти избранники разве не сами пошли по зову Господа? Разве их связанными как бы влекла благодать? — Услышали слово, покорились и устремились к Господу. Пусть, впрочем, есть особые избранники, и у них все особо; но есть ведь и общий для всех путь. Сим общим путем и пойдем. Обще же мы все избраны. Коль скоро слово истины коснулось нашего слуха — значит, мы избраны. Нас зовет Господь, и мы безответны, если не пойдем вслед Его. Посмотрите, как обращались другие?! Один услышал: не скрывайте себе сокровищ на земли — и все оставил; другой прочитал: всуе мятется человек, сокровиществует и не весть, кому соберет я, — оставил суету и вступил на твердый, прочный путь богоугождения. Третий — взглянул на Распятие с надписью: «Вот что Я для тебя сделал, — что делаешь ты для Меня!» — и всем сердцем предался Господу. Что, это разве все чрезвычайные призвания? Да мы всякий день тысячи подобных истин слышим и читаем. Можем ли после сего считать себя непризванными. Нет, братие, не за призванием, а за нами дело. Как обратились сии обратившиеся? Сознали, что нет жизни, как только в Господе, — и переменили свою неподобную жизнь. Так бывает и у всех. Внутреннее изменение, или перелом, зависит от добросовестности в отношении к сознанной истине, а эта добросовестность всегда от нас. Приложим ее — и одолеем сами себя. Во внутреннее святилище сердца никто сторонний не войдет. Там все решает человек со своею совестию и сознанием. Станем же сами в себе пред лицем Бога, живее воспроизведем все, чего хочет Бог, и, сознавши неотложность того для спасения, положим в сердце своем: отселе начну принадлежать Господу всем сердцем и Богу единому работать всеми силами своими, — и свершится наше избрание. Ибо избрание и есть сочетание нашей решимости с призванием Божиим. Господь близ. Ко всем приходит и стучит в сердце, не отверзет ли кто! Если сердце — замкнутый сосуд, кто виновен? Всему вина наша недобросовестность к познанной истине. Если бы этого не было, все бы были всегда устремлены ко Господу.

И много ли требуется? Ведь мы не совсем же чуждаемся Господа. Только угождение Ему стоит у нас не на первом месте, не есть главное наше дело, а как бы приделок. Дело же у нас — угождение себе, угождение людям и обычаям мирским. Поставьте теперь угождение Господу на первом месте и все прочее перестройте по требованию сей единой цели — и изменится ваше внутреннее настроение. Во внешнем все останется то же, только сердце станет новое. Вот и все! Много ли это?

Многое бы еще хотел говорить вам о том же, но вижу, что утомил вас. Остальное сами доскажете душе своей, ибо кто, кроме нас самих, поможет Господу овладеть сердцем нашим? О, когда бы мы все покорились Ему и Ему предали сердца свои и, лицем к лицу созерцая Его в себе, все вращались во свете Его, вокруг Его, — как вращаются около солнца все светила, обращенные к нему и им освещаемые, составляя свой особый стройный хор! Аминь.

12/25 января 1865 г.

http://www.hram-vsr.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=647&catid=66&Itemid=111&limitstart=4&lnkid=911


Слово в Неделю по Богоявлению

игум Никон Воробьев.pngИгумен Никон (Воробьев)

1963 г.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Вы сегодня в Евангелии слышали, что Господь, когда после Крещения вышел на проповедь, то первыми же словами, которые и в дальнейшем повторялись, всех призывал к чему? — к покаянию. «Покайтесь, — говорил Он, — ибо приблизилось Царствие Божие» (Мф. 4:17). Вы уже слышали, что и величайшего из рожденных женами, Иоанна Крестителя, Своего Предтечу воздвиг Господь для того, чтобы он подготовил людей покаянием к принятию Его — Спасителя нашего Господа Иисуса Христа, пришедшего во плоти на землю. Ибо нет иной возможности сердцу человеческому уверовать в Господа, нет другого пути в Царствие Божие, как только через покаяние.

Апостол говорит: «Все мы много согрешаем» (Иак. 3:2). Кто следит за собой, тот может сказать искренно, от всего сердца, что ежедневно, ежечасно, ежеминутно он не то, чем должен быть. Мы постоянно согрешаем и глазами, и ушами, и несчастным языком нашим, и помыслами, — постоянно мы во грехах. Для того же, чтобы очистить себя от грехов, есть одно только средство — это веровать в Господа Иисуса Христа и обращаться к Нему от всего сердца с просьбой, молитвой: «Господи, сознаю свои грехи, будь милостив, прости меня. Каюсь, Господи, в своих согрешениях».

И за искренне покаяние, когда человек сознает свои грехи, не оправдывается никакими обстоятельствами, а себя считает только виновным в этих грехах, сокрушается о них, болеет сердцем, что он своими грехами и Господа оскорбил, и душу свою осквернил, — когда это сознает человек и обратится с молитвой и с просьбой к Господу, тогда Господь прощает его.

Что значит быть прощенным от Господа? Это значит, что Господь снимает тяготу греховную с души, исцеляет раны, которые наносит грех, каждый грех душе человеческой.

Вот почему угодники Божии, у которых открылось внутреннее духовное зрение, которые видели душу человеческую, — утверждают, что душа грешного человека вся изранена, вся находится в грязных пятнах, издает зловоние, что она подобна телу прокаженного. И есть только одно средство очистить душу — это искренно от всего сердца покаяться, припасть пред Господом, умолять Его, чтобы Он оказал нам милость, очистил проказу души нашей, не отверг нас с нашими грехами, но освятил и сподобил войти в Царствие Божие.

Вот и Сам Господь и Иоанн Предтеча, потом и Апостолы, Господом посланные во всю землю с проповедью, призывают: покайтесь, приблизилось Царствие Божие. Нет другого пути войти в Царствие Божие, как только деланием заповедей. Но так как мы их постоянно нарушаем, то лишь глубоким, искренним, от всего сердца, покаянием можем мы открыть себе двери рая. Каждый из опыта своей жизни знает, когда мы с кем-либо поссоримся: с домашними ли, с детьми или с соседями, то как можем примириться, восстановить добрые отношения, как утишить тяготу сердечную, ту тяготу, которая всегда бывает при всех раздорах? Это возможно только в том случае, если мы смиримся и скажем от всей души тому человеку: прости меня, сознаю, что я виновен, грешен. И если мы искренно это говорим, а не языком только, то другой человек почувствует и также искренне простит и таким образом водворится мир между людьми.

Также водворится мир между грешным человеком и Богом, когда человек осознает свои грехи, восплачется пред Господом, станет умолять Его: «Господи, прости меня, будь милостив мне грешному».

Поэтому будем помнить, что если мы постоянно, не только ежедневно, а ежеминутно согрешаем, пачкаем свою душу и раним ее, то нет другого средства очистить ее, как только искренним покаянием.

Прибегнем же к этому всемогущему средству, которое дал нам Милосердный Господь, сознаем свои грехи, припадем пред Ним, будем плакать и умолять Его: «Боже, милостив будь мне грешному, прости нас и сподоби нас войти в Царствие Твое».
Аминь.

http://www.komiprav.ru/proekty/propoved-na-kazhdyj-den/propoved-na-kazhdyj-den/slovo-v-nedelju-po-bogojavleniju


Слово в Неделю по Богоявлении. О Просвещении.

митр владимир иким.pngМитрополит Ташкентский и Среднеазиатский Владимир (Иким)

Народ, сидящий во тьме, увидел свет великий,
и сидящим в стране и тени смертной воссиял свет.

(Мф., 4:16)

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Возлюбленные о Господе братья и сестры!

Крещение – Богоявление – Просвещение: вот три названия одного праздника, одного события земной жизни Иисуса Христа. Божественным Светом воссияло это торжество в мире, погруженном в смертоносную тень греха.

Спаситель крестился, начиная подвиг служения людям. Уже не лучом Рождественской звезды, а могучим сиянием Солнца Правды освещалась жизнь человеческая. Из вод Иордана смиренный Богочеловек выходил в расцвете земных лет, во всеоружии, ибо настали сроки великих чудес и знамений – наступило время возвестить Завет Любви Господней.

Мрак невежества, туман забвения и незнания Истинного Бога окутывал человеческие умы. Но вот на Иордане приоткрылась миру высочайшая тайна Божества – тайна Пресвятой Троицы, Единой во Отце и Сыне и Духе Святом. Дар Богопознания обрели люди в чуде Богоявления:

«Когда Иисус крестившись молился, – отверзлось небо.
И Дух Святой нисшел на Него в телесном виде, как голубь, и был глас с небес, глаголющий: Ты Сын Мой возлюбленный; в Тебе Мое благоволение!» (Лк., 3:21–22).

В этом великом событии берет начало таинство Крещения, которым духовные взоры людей открываются для видения Света Истины и благодати Божией. Древние христиане так и называли праздник Богоявления – День Светов. Множество светильников и факелов возжигали они в этот день, и тогда же крестились новообращенные – просвещались души сиянием веры Христовой. И сейчас при совершении Таинства Крещения мы видим свечи, горящие при купели и в руках восприемников, – этим зримым огнем указывает Церковь путь в светозарное Царствие Божие.

«Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф., 3:2; 4:17) – такими словами начал свою проповедь святой Иоанн Креститель, и те же слова услышал мир от Самого Господа, но разный смысл звучал в этом речении. Святой Иоанн возвещал близость Небесного Царя и призывал готовить Ему путь. Христос как бы говорил: явлен Царь, рядом с вами Царство Его, готовы ли вы?

У каждого из нас был свой День Светов – день, когда вратами Крещения вошли мы в общество христиан. Уже не «сидим мы в стране и тени смертной» (Мф. 4:16) – душам нашим даровано ясное зрение вечности, ждущей нас за порогом этого мира. Светлы звезды на небесах: но несравненно светлее и прекраснее обители райские, приготовленные для нас Небесным Отцом. Ярко сияет солнце, дарящее жизнь природе, но истинно живоносно Умное Солнце – Христос Искупитель, вечной весною озаряющий человеческие сердца. Вселенная кажется безграничной, но поистине беспредельно лишь Царствие Божие, возносящееся над временем и пространством. И это Царство чистейшей радости открылось людям в пресветлый день Богоявления, стало доступно каждому, кто омыл свою душу водами крещения, последовал за Господом Иисусом.

Царь царствующих, Христос приглашает нас в Царство Свое, и тут же звучит призыв Его: «Покайтесь!» Только по лестнице покаяния может человек подняться к порогам Небесных дворцов. Изначальный смысл слова «покаяние» – «перемена ума». Не просто перечислить свои грехи – но твердо отречься от них; не только осознать пятна на своей душе – но очиститься; выйти из мрака страстей к свету духовному, переродиться для жизни благодатной – вот что означает действительное покаяние. Без этого человек не сможет войти в Царство Света: темнота его души заградит ему путь спасения.

Первые христиане по праву называли себя обществом святых – так чиста и светла была жизнь этих наследников Царства Божия. И День Светов – Крещение являлось великой радостью для новопросвещенных, вступивших в общество верных Христовых. Мы с вами также удостоились такой высочайшей чести и, казалось бы, с момента Крещения должны возрастать из силы в силу, из радости в радость, из света в свет. Но так ли храним мы святыню Просвещения своего?

Горько человеку потерять свет телесных глаз и не видеть ни зеленой травы, ни цветов, ни голубого неба, ни любимых лиц. Но горше, неизмеримо горше, когда грязные тучи греха заволакивают для нас духовный небосклон – и мы погружаемся во мрак страстей, преддверие беспросветного княжества тьмы.

Страшно впасть в духовную слепоту! А человек порою и не сознает, что его постигло это худшее из бедствий, – так диавол умеет подсластить свои отравленные подарки, заманивая нестойких в свое жуткое обиталище. Так, ведомый «князем тьмы», движется хоровод духовных слепцов к пропасти, в которой вечный плач и скрежет зубов.

Глаз – самый нежный и ранимый орган нашего тела. Даже мельчайшая пыль, попавшая в глаза, причиняет нам острую боль и застилает для нас мир. Мы бережем телесное зрение – так как же должны беречь очи духовные, еще более ранимые, проходя среди пыльных вихрей соблазна и колючих зарослей порока, окружающих нас в земной жизни! Единожды просветившись Крещением, мы должны вновь и вновь омывать духовные взоры покаянием, чтобы не утратить способности видеть Свет Божественный.

Царь Правды – Христос лишил власти «отца лжи» – сатану. Древний змий уже не может насиловать человеческие души, он способен только обманывать, заманивать, обольщать. Но неужели даны человеку светлый разум и высокие чувства для того, чтобы ползти за древним змием в его кромешные пещеры, где нет ничего истинно прекрасного? Все гнусные лакомства бесовские, соблазняющие нас, только переполняют смрадом тело и душу, – гниение заживо, начавшись здесь, подстерегает грешника за смертным порогом. Но ночные твари боятся солнечного света – и так же бегут злые демоны под бичами покаяния, при восходе Солнца Правды в душе христианина. Царство Божие близко к нам – ближе, чем воздух, которым мы дышим. Это знали святые мужи, еще в земной жизни научившиеся «дышать Небом». Один из них, праведный Иоанн Кронштадтский, говорит, исходя из собственного опыта:

Благодать везде, во всякое время ищет спасения грешника, ибо дорогой ценою куплено спасение наше. Она с тобою и в уединении, тайно озаряет твое сердце, подвигая его к покаянию или благодарности за бесчисленные благодеяния Божии; она беседует с тобою и в пути, и при твоих трудах умственных и физических. Царствие Божие водворяется, так сказать, под кровлей домов наших. Чего удобнее? Приходи и почерпай благодать спасения, текущую в Церкви. И многих, многих спасает она тайно и явно, извлекая из бездны грехов различными, одному Богу известными способами. И везде готова благодать Божия открыть тебе свои святые материнские объятия, только бы ты опомнился, очувствовался, уверовал, смягчился, просветился.

Но если к нам так близко Царство Небесное и так готово всегда нас объять, в нас вселиться, – то мы безответны будем пред Богом, если удалимся сами от Царствия Божия, если дерзкою рукою отринем его от себя.

Да, нечем оправдаться тому, кто по собственной воле остался сидеть в погибельной тьме, кто не желает замечать разлитого вокруг Божественного Света.

Не в «безвидный хаос» ныне погружены наши умы: людям дозволено созерцать Создателя своего. Богоявление явилось для человечества в духовном смысле таким же озарением, как свершенное некогда Всевышним Творцом «отделение света от тьмы» (Быт., 1:4) в вещественной Вселенной. Грех мерзок сам по себе, но как отвратителен тот, кто при ярком солнечном свете занимается скверными «ночными» делами! Лишенные истинного Богопознания, люди в древности «поступали по воле языческой, предаваясь нечистотам, похотям, пьянству, излишеству в пище и питии и нелепому идолослужению» (1Пет., 4:3). Это некогда творилось «во тьме над бездною», а сейчас, при свете евангельском, сделалось кромешнейшим бесстыдством пред Всевидящим Богом.

Извращенная человеческая натура, продолжая коснеть во зле, приискивает себе фальшивые оправдания. Такие люди внушают себе, что они «правильно живут», служат каким-то «светлым идеалам». И душеубийца-сатана услужливо зажег в этом мире множество блуждающих огней, болотных мерцаний, лживых маяков, льстивых фейерверков, – целый арсенал адских игрушек, с которыми люди доигрываются до духовной гибели.

В наши дни лукаво искажено даже великое понятие «Просвещение». Нынешние духовные слепцы называют «просвещенными» худших из своей среды, невежд-«переучек», нахватавшихся лживых теорий, начитавшихся соблазнительных книг, приобретших опыт духовного блуда. Зачинателями этого тлетворного поветрия были французские лжефилософы XVIII века Вольтер, Дидро, Руссо и иже с ними – «безумцы, сказавшие в сердце своем: нет Бога» (Пс., 13:1). Эти гордецы назвали свое время «эпохой просвещения», а себя – «просветителями», но вернее было бы назвать их «помрачителями». Пустым острословием, наглой, самоуверенной ложью им удалось погасить во многих сердцах свет спасительной веры. Ни один серьезный ученый никогда не отрицал бытия Божия, а вольтерьянцы кричали, что их безбожие якобы «подтверждено наукой». К несчастью, французской духовной чумой заразилась и интеллигенция России, «допросвещавшая» Отечество до большевистского кошмара. Современная наука впрах разбила домыслы вольтерьянцев, научными методами убедившись в посмертном существовании человеческой души, наличии «положительного и отрицательного» – то есть ангельского и демонского духовных миров и, конечно же, бытии Превечного Создателя. Новейшая история засвидетельствовала гибельность общественных теорий «помрачителей» для государств и народов. Но посеянная ими духовная зараза оказалась живучей: в нашем обществе мы видим сейчас и мертвенные залежи атеизма, и политиканские потуги выстроить «потребительский рай» – без Бога.

Мутный поток лживого «просвещения» помрачил умы и многих погрузил в духовную спячку. И уже самым дешевым блеском покупает диавол людские души: миганием реклам, выхваляющих низкосортные западные товары, плясками идолопоклонников-кришнаитов или трюками сатанистов-экстрасенсов. Еще одним идолищем современности стал «голубой огонек» – телевизор. Казавшееся невинным техническим изобретением, сейчас телевидение по своим московским и кабельным каналам извергает потоки липкого соблазна. И целые семьи часами сидят перед «ящиком», как перед домашним кумиром, ощетинившимся рогами антенн, – и впитывают эту грязь, не щадя и своих малолетних детей. В таком бездумном, а часто и душетленном времяпрепровождении люди перестают замечать даже близких своих, превращаются в мертвые стоки телезрелищ. И если нет у человека строгой духовной дисциплины, то «голубой огонек» доводит его до внутренней опустошенности.

Сколько разного блеска в современном мире! Среди всех этих ламп и люстр, фонарей и бра человек свободно превращает для себя ночь в день, – подчас кажется, что он может обойтись без звезд, луны и даже без солнца. Но ведь наступит срок, когда погаснут для него все вещественные светильники, большие и маленькие. Долиной смерти пойдет человек – и горе ему, если не просвещен он внутренним светом, Правдой Божией.

Можно приобрести обширнейшие познания о земле и о небе, изучить все науки и искусства – и остаться духовным невеждой. Можно даже рассуждать о предметах сверхчувственных, философствовать и богословствовать – и оставаться в духовном мраке. Знания полезны, когда помогают человеку уяснить волю Божию о мире и о себе, – иначе они ложатся на его плечи мертвым грузом, влекущим в бездну. Истинное Просвещение – живая вера, вводящая смертных в бессмертное Царство Света. Блажен просвещенный, в чьем сердце не меркнет свет Евангелия Христова, кто просветляет духовный взор свой молитвой и покаянием, в чьей душе горит неугасимая свеча любви к Богу и ближним.

Дорогие во Христе братья и сестры!

Царь Небесный – Сын Божий благоволил сойти на землю и жить среди людей. Так близко, зримо, осязаемо явилось нам Царствие Его – Царство добра и света, милосердия и любви. Христос, «восшед на высоту, пленил плен и дал дары человекам» (Еф., 4:8). Только шаг нужно сделать нам, только мужественное усилие, чтобы выйти из тьмы греховной к Свету Его, чтобы взять из рук Спасителя дары благодати.

Крещеными, просвещенными зовемся мы – и в этом для нас залог нескончаемой радости о Господе. Не глухою ночью, а при свете дня Божия движемся мы к спасению. Если порою духовное небо над нами кажется пасмурным – значит, мы сами омрачили его своими грехами или позволили затуманить его «духу времени», коварным уловкам демонским. Но и за облаками, и над тучами сияет христианам беззакатное Солнце Правды, и сквозь туманы досягают до нас лучи веры, надежды, любви. Так да не ослабеем мы на пути к торжеству, о котором возглашает Святая Церковь: «Свет Христов просвещает всех»! Аминь.

http://www.hram-vsr.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=2350:slovo-2350&catid=67:feast&Itemid=112





Назад в раздел
© 2010-2019 Храм Успения Пресвятой Богородицы      Малоохтинский пр.52, телефон: +7 (812) 528-11-50
Сайт работает на 1С-Битрикс