Материалы


10 июля. Обретение мощей преподобного Амвросия Оптинского

09.07.2018

Протоиерей Алексий Носач.

Смирение как основание духовной жизни (по жизнеописанию и наставлениям преподобного Амвросия Оптинского)

1.pngЖизнь преподобного Амвросия, старца Оптинского, представляет для всех большой интерес, поскольку является неисчерпаемым источником православного живого предания.

Изучение жизни и наставлений старца Амвросия имеет значение не только для ученых исследователей феномена старчества, но также являет собой практическое духовное руководство для пастырей и мирян в их повседневной жизни.

Вглядываясь в тот жизненный путь, которым прошел Александр Михайлович Гренков от малоизвестного преподавателя липецкого духовного училища до известнейшего духоносного старца в русском народе и в среде высшего интеллектуального общества, - мы отмечаем очень важные моменты, связанные с влиянием на жизнь этого угодника Божия.

Практически вся жизнь святого прошла под знаком чрезвычайной телесной болезненности и неоднократном приближении смерти. Это повлияло на его выбор монашеского служения Богу, и на само направление его духовной жизни. Вот как рассказывал об этом сам старец Амвросий: «Я сделался сильно болен. Надежды на выздоровление было очень мало. Почти все отчаялись в моем выздоровлении; мало надеялся на него и я сам. Послали за духовником. Он долго не ехал. Я сказал: прощай Божий свет! И тут же дал обещание Господу, что если Он меня воздвигнет здравым от одра болезни, то я нeпpeменно пойду в монастырь».

Для определения своей дальнейшей судьбы Александр Гренков обратился за советом к известному в липецком крае Троекуровскому затворнику Илариону. «Иди в Оптину, ты там нужен», - сказал затворник будущему оптинскому старцу и тем определил его выбор обители.

В конце 1839-го года Александр прибыл в Оптинский монастырь и остался там до конца жизни. В 1842-м году он принял монашеский постриг с именем Амвросий. В 1845-м году – священный сан. Но уже спустя три года отец Амвросий почисляется за штат вследствие изнурительной болезни и невозможности исполнения монашеских послушаний. Служить он больше не мог вследствие слабости и появлявшегося временами онемения рук. Согласно монастырскому рапорту было определено: «…иеромонаха Амвросия, какъ неспособного ни к каким монастырским послушаниям, исключить из штата братии Оптиной пустыни, и оставить его на пропитании и призрении оной пустыни».

Вот что сказано в медицинском освидетельствовании отца Амвросия от 29-го марта 1848-го года: «Отец иеромонах Амвросий имеет болезненный желтый цвет лица, с болезненно-блестящими глазами всеобщую худобу тела; при высоком своем росте и узкой грудной клетке - сильный, больше сухой кашель, с болью при нем в груди, боль в подреберных сторонах, преимущественно в правой; нытье под ложкой и давящую боль в стороне желудка; совершенное расстройство пищеварения, и частую рвоту; бессонницу, наконец, повременный озноб к вечеру, сменяющийся легким жаром. Припадки эти означают медленную изнурительную лихорадку».

Однако, уже после отчисления из обители, к лету того же года больной все же стал поправляться, начал выходить на воздух. Вот как вспоминал об этом старец Амвросий: «Помню, в летний ясный тихий день вышел я в первый раз из кельи, и побрел, опираясь на палку, едва передвигая ноги, по дорожке за «сажелкой» (это самая уединенная дорожка внутри скита). Первый навстречу мне попался игумен Варлаам. «Ну что, - спрашивает, - поправляешься?» «Да вот, - отвечаю, - слава милосердному Господу, оставил на покаяние». Отец игумен остановился, и, глядя на меня, начал говорить смиряющим тоном: «А что ж ты думаешь, лучше, что ли, будет? Нет, не будет лучше: хуже, хуже будет». Вспоминая впоследствии об этом случае, старец Амвросий приговаривал: «Вот теперь и сам вижу, что хуже».

Действительно, болезнь не отпускала старца Амвросия всю его жизнь. Совершая впоследствии старческое служение людям, он нередко был вынужден принимать их лежа на кровати. Но «сила Божия в немощи совершается». Правильное христианское отношение к болезни помогло воспитать в сердце иеромонаха Амвросия одно из самых главных христианских качеств – добродетель смирения! Редкие высказывания старца о болезнях показывают с одной стороны, тяжесть переносимой им болезни, а с другой стороны – его терпеливое и кроткое отношение к этому. 3.png

«Болезни телесные гораздо тяжелее скорбей, - говорил старец Амвросий. - Ибо в скорбях человек может находить утешение в молитве, а в тяжкой болезни телесной он и этого утешения лишен».

«Бог не требует от больного подвигов телесных, а только терпения со смирением и благодарения».

Характеризует старца также и его отношение к самому процессу лечения: «Монаху не следует серьезно лечиться, а только подлечиваться».6 Вызывая врача только в самых крайних случаях, снимая критическое состояние болезни, старец не стремился к полному выздоровлению. Он хотел извлечь из болезненного состояния максимальную духовную пользу. Упражнение в терпении болезни со смирением и благодарение Богу в изобилии приносило старцу ту самую Божественную благодать, которая, по слову преподобного Серафима Саровского, является целью христианской жизни.

Такое духовное отношение старца Амвросия Оптинского к перенесению телесной болезни было основано на святоотеческом учении. Вот что говорит, например, об этом преподобный авва Дорофей:

«Так как душа, по преступлении заповеди, предалась, как говорит святой Григорий, прелести сластолюбия и самозакония и возлюбила телесное, и некоторым образом стала как бы нечто единое с телом, и вся сделалась плотию, как сказано: не имать дух мой пребывати в человецех сих… зане суть плоть (Быт. 6, 3), и бедная душа как бы состраждет телу и сочувствует во всём, что делается с телом. Посему-то и сказал старец, что и телесный труд приводит душу в смирение. Ибо иное расположение души у человека здорового, и иное у больного, иное у алчущего, и иное у насытившегося. Также опять иное расположение души у человека, едущего на коне, иное у сидящего на престоле, и иное у сидящего на земле, иное у носящего красивую одежду, и иное у носящего худую. Итак, труд смиряет тело, а когда тело смиряется, то вместе с ним смиряется и душа. Следовательно, хорошо сказал старец, что телесный труд приводит к смирению. Посему, когда Евагрий подвергся брани от хульных помыслов, то он, как муж разумный, зная, что хула происходит от гордости, и что когда смиряется тело, то вместе с ним смиряется и душа, провёл сорок дней на открытом воздухе, так что тело его, как говорит его жизнеописатель, стало производить червей, подобно тому как случается у диких животных; и такой труд он подъял не ради хулы, но ради смирения. Итак, хорошо сказал старец, что и телесные труды приводят к смирению».

Несомненно, что вторым важным фактором, повлиявшим на духовное отношение отца Амвросия к его болезни, стало окормление у оптинских старцев, из которых самым близким по духу оказался старец Макарий.

С 1841-го по 46-й годы отец Амвросий нёс келейное послушание у старца Макария Оптинского. Еще одним послушанием в этот период стал перевод святоотеческих творений на русский язык. Это осуществлялось под руководством старца Макария, который давал духовное объяснение некоторых трудных мест святоотеческих текстов, чем значительно облегчал понимание их смысла при переводе. Такое послушание стало неоценимым сокровищем для молодого иеромонаха Амвросия, пользоваться которым промыслом Божиим было предоставлено только ему, да ещё нескольким послушникам старца.

Следует отметить еще один важный момент в биографии старца Амвросия. В этот и последующий периоды, до самой праведной кончины старца Макария в 1860-м году, иеромонах Амвросий, если позволяло здоровье, ежедневно навещал старца и помогал ему в обширной переписке с духовными чадами. На этот факт биографии старца Амвросия следует обратить особое внимание. В письмах старца Макария первое место по значению занимает обучение духовных чад смирению. Практически в каждом письме старца Макария центральное место занимает именно эта тема - тема смирения. На все вопросы, связанные с повседневной жизнью христианина, старец Макарий отвечал словами о необходимости приобретения добродетели смирения. При этом он указывал конкретно в каждом случае, как именно этого достичь.

Конечно, такое непосредственное участие в духовном руководстве старца Макария в его переписке с духовными чадами имело большое значение в последующей жизни и старческом служении преподобного Амвросия Оптинского.

Вот, например, что пишет старец Макарий духовному чаду в одном из своих писем:

«Вы находитесь посреди мира и соблазнов его. По необходимости или по долгу службы будучи поставлены на этом поприще, не имея возможности уклониться от него, вы должны иметь в памяти заповеди Божии и смирение; и, хотя и не можете подняться на высоту добродетелей, старайтесь не нисходить в бездну пороков: всегдашние, хотя и малые проступки очищайте непрестанным покаянием и смирением, мысленно считая себя последнейшим из всех. Смирение одно сохранит вас от всех сетей и козней вражиих. А, как я вижу, вы при недостатке ваших исправлений в добродетели, скорбя, порабощаетесь смущением и лишаетесь спокойствия, а это знак самолюбия и гордости. Вы хотите видеть себя праведным и, не достигая этого, смущаетесь; а если бы достигли, то тоже бы увлеклись в гордость».

В других случаях старец Макарий называет смущение, которое бывает после грехопадения, «вражией колесницей и знамением гордости».

Каждый грех, каждую страсть в человеке старец Макарий рассматривал как следствие гордости. Например, впал человек в грех. Это было следствием гордости. Человек думает о себе, что он праведен и свят, что он гораздо лучше других людей, грешных, по его мнению - и впадает в грех осуждения. Бог попускает такому впасть в серьезный грех, чтобы человек смирился хотя бы через это грехопадение, пришел к покаянию и спасению. Но после падения в грех человек смущается, потому что продолжает думать о себе: «Как это я, такой святой и праведный, мог сделать такой грех?» Человек злится на себя, раздражается, даже приходит с этим раздражением на исповедь, плачет, но не от покаяния в грехе, а от оскорбленной гордости и отчаяния. Он остается неисправленным и все дальше и дальше катится по наклонной до тех пор, пока не смирится. Старец Макарий в таких случаях советует прибегать к немедленному осуждению себя, признавать себя достойными именно тех грехов, которые с нами происходят, потому что они показывают, в каком мы духовном состоянии. И в других случаях, при мелких повседневных грехах нужно относиться к ним подобным же образом. Необходимо во всех делах, и даже помыслах – немедленно приступать к самоукорению и покаянию перед Богом, к понижению себя в своих глазах ниже всех людей и всякой твари. Такое повседневное ежеминутное упражнение в самоукорении и смирении делает человека способным исполнить первую и важнейшую заповедь Нагорной проповеди Спасителя: «Блажени нищие духом, яко тех есть Царствие Небесное». Таков был смысл письменных наставлений старца Макария Оптинского, которые имели чрезвычайное значение в жизни старца Амвросия. Он старался воплощать их в своей жизни, и также передавал это впоследствии уже своим духовным чадам. Нередко старец Амвросий делал это в шутливой стихотворной форме:

«Познай себя – и довольно с тебя».

«Жить можно и в миру, только не на юру, а жить тихо».

4.pngНа вопрос: «Можно ли желать совершенствоваться в жизни духовной?» - старец Амвросий отвечал: «Не только можно, но и должно стараться совершенствоваться в смирении, то есть в том, чтобы считать себя в чувстве сердца хуже и ниже всех людей и всякой твари».

На слова одной женщины: «Гордость мешает во всем», - старец ответил: «А ты закутайся в смирение; тогда, если и небо к земле прильнет, не страшно будет».

«Бог посещает Своей милостью только смиренных. Смиряться нужно перед всеми. И считать себя хуже всех. Если мы не совершили преступлений, которые совершили другие, то это может быть потому, что не имели к тому случая, – обстановка и обстоятельства были другие. Во всяком человеке есть что-нибудь хорошее и доброе; мы же обыкновенно видим в людях только пороки. А хорошего ничего не видим».

«Лишь только смирится человек, - говорил старец, - как тотчас же смирение поставляет его в преддверии Царства Небесного».

По учению старца, путем к приобретению смирения является всегдашнее самоукорение: «Бесстрастными ведь не сейчас можно сделаться; а всякий раз, чувствуя свою греховность, говори: Господи, прости мне!» О противоположном же самоукорению чувстве старец говорил так: «Самооправдание есть большой грех».

С самоукорением и непрестанным покаянием, как главными средствами к достижению смирения, старец Амвросий тесно связывает молитву Иисусову. Вот что он писал одной настоятельнице монастыря: «Бог да благословит оставить обычное правило и постоянно держаться молитвы Иисусовой, которая может успокаивать душу более, нежели совершение большого келейного правила. Из прежних опытных старцев по имени Василий объяснял это дело так: держащийся большого келейного правила, когда исполняет оное, подстрекаем бывает тщеславием и возношением. Когда же почему-либо не может исполнить своего правила, то смущается. А держащийся постоянно молитвы Иисусовой, одинаково пребывает в смиренном расположении духа, как бы ничего не делающий, и возноситься ему нечем». На словах же старец прибавлял: «Да и чем, в самом деле тут возноситься? – Оборванный, ощипанный просит милостыни: помилуй, помилуй! – а подастся ли милость, это еще кто знает?»

Рассматривая жизнь преподобного Амвросия Оптинского, мы видим, что сложилась она под влиянием очень важных в духовном отношении обстоятельств. Обстоятельства эти исправили и укрепили направление духовной жизни старца, основанием которой стала добродетель смирения. Обращаясь к жизнеописанию и наставлениям святого Амвросия Оптинского, мы снова, и снова получаем драгоценные уроки, которые воспитывают в нас это святое качество христианской жизни.

http://blagochinie48.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=1092:10-&catid=46:2014-03-06-21-23-26&Itemid=1



Из поучений старца Амвросия:5.png






А главные заповеди Господни: «не судите, и не судят вам; не осуждайте, да не осуждени будете; отпущайте и отпустится вам». Кроме этого, желающие спастись всегда должны содержать в памяти слова преподобного Петра Дамаскина, что творение совершается между страхом и надеждою.


Благодушно и благодарно терпящим всё обещается там покой. Да ведь какой? И сказать невозможно; только требуется для этого жить осторожно, и прежде всего жить смиренно, а не тревожно, и поступать как следует и как должно. В ошибках же каяться и смиряться, но не смущаться.


Возмогай о Господе и в державе крепости Его! Да возрадуется душа твоя о Господе, облече бо нас в ризу спасения и одеждою веселия одея нас; и глаголет к нам через Апостола: всегда радуйтеся, о всем благодарите, сия бо есть воля Божия.


Воли человека и Сам Господь не понуждает, хотя многими способами и вразумляет.


Главное средство ко спасению — претерпевание многоразличных скорбей, кому какие пригодны, по сказанному в «Деяниях апостольских»: «Многими скорбями подобает нам внити в Царствие Небесное»…


Дело спасения нашего требует на всяком месте, где бы человек ни жил, исполнения заповедей Божиих и покорности воле Божией. Этим только приобретается мир душевный, а не чем иным, как сказано в псалмах: «мир мног любящим закон Твой, и несть им соблазна». А ты все ищешь мира внутреннего и успокоения душевного от внешних обстоятельств. Все кажется тебе, что ты не на том месте живешь, не с теми людьми водворилась, что сама не так распорядилась и что другие будто бы не так действовали. В Священном Писании сказано: «на всяком месте владычество Его», то есть Божие, и что для Бога дороже всех вещей целого мира спасение одной христианской души.


Если апостолы, будучи еще несовершенными, молились Господу, чтобы приложил им веру, то кольми паче нам, немощным и изнемогающим в вере, прилично и потребно молиться, чтобы Господь преложил неверие наше в веру, и отгнал дух сомнения и нерассудного недоумения.


Если оставим свои хотения и разумения и потщимся исполнить хотения и разумения Божия, то во всяком месте и во всяком состоянии спасемся. А если будем держаться своих хотений и разумений, то никакое место, никакое состояние нам не поможет. Ева и в раю преступила заповедь Божию, а Иуде злосчастному жизнь при самом Спасителе не принесла никакой пользы. Везде потребно терпение и понуждение к благочестивой жизни, как читаем в Святом Евангелии.


Жить — не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать, и всем мое почтение.


Иди, куда поведут; смотри, что покажут, и всё говори: да будет воля Твоя. Вот смерть-то не за горами, а за плечами, а нам хоть кол на голове теши.


Каждому из нас более должно заботиться о себе самом, о своей душе и о собственной пользе душевной, потому что, по слову апостола, каждый из нас сам о себе воздает слово Богу. — У нас же путаница оттого и происходит, что мы все более склонны к вразумлению других и стараемся не только убедить, но и разубедить и доказать многоразличными аргументами.


Кто имеет дурное сердце, не должен отчаиваться; потому что с помощию Божиею человек может исправить свое сердце. Нужно только внимательно следить за собою и не упускать случая быть полезным ближним, часто открываться старцу и творить посильную милостыню. Этого конечно нельзя сделать вдруг, но Господь долготерпит. Он тогда только прекращает жизнь человека, когда видит его готовым к переходу в вечность, или же когда не видит никакой надежды на его исправление.


Лицемерие хуже неверия.


Многие желают хорошей духовной жизни в самой простой форме, но только не многие и редкие на самом деле исполняют благое свое пожелание — именно те, которые твердо держатся слов Священного Писания, что «многими скорбями подобает нам внити в Царство Небесное», и, призывая помощь Божию, стараются безропотно переносить постигающие их скорби и болезни и разные неудобства, содержа всегда в памяти слова Самого Господа: «аще хощещи внити в живот, соблюди заповеди».


Мы должны жить на земле так, как колесо вертится, только чуть одной точкой касается земли, а остальными непрестанно вверх стремится; а мы, как заляжем на землю, и встать не можем.


На слово не верь всякому вздору без разбору — что можно родиться из пыли и что люди прежде обезьянами были. А вот это правда, что многие люди стали обезьянам подражать и до степени обезьян себя унижать.


Напрасно будем обвинять, что будто бы живущие с нами и окружающие нас мешают и препятствуют нашему спасению или совершенству духовному… неудовлетворительность наша душевная и духовная происходят от нас самих, от нашего неискусства и от неправильно составленного мнения, с которым никак не хотим расстаться. А оно-то и наводит на нас и смущение, и сомнение, и разное недоумение; а все это нас томит и отягощает, и приводит в безотрадное состояние. Хорошо было бы, если бы мы могли понять простое святоотеческое слово: аще смиримся, то на всяком месте обрящем покой, не обходя умом многие иные места, на которых может быть с нами то же, если не худшее.


Не люби слушать о недостатках других, тогда у тебя будет меньше своих.


Никто не должен оправдывать свою раздражительность какою-нибудь болезнию, — это происходит от гордости. Чтобы не предаваться раздражительности и гневу, не должно торопиться.


Нужно жить нелицемерно и вести себя примерно, тогда наше дело будет верно, а иначе выйдет скверно.


Нужно заставлять себя, хотя и против воли, делать какое-нибудь добро врагам своим; а главное — не мстить им и быть осторожными, чтобы как-нибудь не обидеть их видом презрения и уничижения.


Оттого и кончина была хороша, что жила хорошо. Как поживешь, так и умрешь.


Отчего люди грешат? Или оттого, что не знают, что должно делать и чего избегать, или если знают, то забывают, если же не забывают, то ленятся и унывают.


Потерпи; может, откроется тебе откуда-либо клад, тогда можно будет подумать о жизни на другой лад; а пока вооружайся терпением и смирением, и трудолюбием, и самоукорением.


Скука унынию внука, а лени дочь. Чтобы отогнать ее прочь, в деле потрудись, в молитве не ленись; тогда и скука пройдет, и усердие придет. А если к сему терпения и смирения прибавишь, то от многих зол себя избавишь.


Спокойного духа враг не дает, а только может примолчать на время и притихнуть ради подсады, чтоб внушить тщеславные и самомнительные помыслы, что будто бы человек начал уже приобретать духовный успех или духовные чувства; тут-то и нужно поминать грехи свои.


Ты говоришь, что делаешь все с понуждением; но в Евангелии понуждение не только не отвергается, но и одобряется. Значит, не должно унывать, а должно на Бога уповать, Который силен привести все к полезному концу. Мир тебе!


Хотящему спастись должно помнить и не забывать апостольскую заповедь: «друг друга тяготы носите, и тако исполните Закон Христов». Много других заповедей, но ни при одной такого добавления нет, то есть «так исполните Закон Христов». Великое значение имеет заповедь эта, и прежде других должно заботиться об исполнении оной.

http://ru.wikiquote.org/wiki/%D0%90%D0%BC%D0%B2%D1%80%D0%BE%D1%81%D0%B8%D0%B9_%D0%9E%D0%BF%D1%82%D0%B8%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9




Возврат к списку

© 2010-2018 Храм Успения Пресвятой Богородицы      Малоохтинский пр.52, телефон: +7 (812) 528-11-50
Сайт работает на 1С-Битрикс