Материалы


Ко дню памяти Николая Угодника

Святитель Николай: “Угодник” – это как?


Любовь, ненависть, угождение – это хорошо или плохо? Можно ли вынести однозначное суждение? Размышляет протоиерей Игорь Гагарин.

Девятнадцатого декабря мы празднуем память Святителя Николая Чудотворца. В народе его еще называют Николаем Угодником. Вообще слово «угодник» в нашем современном лексиконе звучит скорее как отрицательная характеристика. Что-то типа «подлиза» или «подхалим». То есть человек, который более всего заботится, чтобы понравиться кому-то другому, обычно тому, от кого зависит. Здесь же это слово — прибавка к имени самого любимого из святых. А то, что святитель Николай – самый любимый святой, не вызывает сомнения.

Фото: Maxx_Baranov, photosight.ru

Фото: Maxx_Baranov, photosight.ru

Святителя Николая знают и любят все православные. И при этом, удивительно, о нем самом знают очень мало. Любят его не за те подвиги и добрые дела, которые он совершал при жизни, а за то, что обращенная к нему просьба никогда не бывает не услышана и что помощь приходит очень скоро. За то, что к нему не стыдно обращаться даже с самыми мелкими просьбами, как обращаются дети к родителям, как просим мы порой близких, задушевных друзей. И так много случаев, когда эти просьбы бывают очень быстро услышаны и исполнены.

Почему же так полюбил народ православный Николая Чудотворца? Почему почти в каждом православном доме есть его икона? Почему такое множество храмов ему посвящено? Почему к его мощам, почивающим в итальянском городе Бари, непрестанно устремляются потоки богомольцев со всех концов мира?

Дело в том, что степень популярности или даже прославленности того или иного человека в миру зависит от людей, от их вкусов и предпочтений, от рекламы, от умения человека, будь то артист, политик или кто-то еще, «подать себя», от всего того, что сегодня называют «пиар».

В Церкви иначе. Здесь не люди выбирают, здесь Сам Господь указывает сердцам православных, кто особенно близок и дорог ему. Если в Церкви кого-то любят особенной любовью, и с годами эта любовь не только не угасает, а возрастает, значит, Сам Господь особенно полюбил этого человека и приблизил его к Себе. Значит, его молитва будет услышана в первую очередь и даже в просьбе такого последнего грешника, каким ощущает себя каждый из нас, не будет отказа.

И тут снова вспоминается слово — УГОДНИК. Все человеческие движения правильны или неправильны не сами по себе, а в зависимости от того, на что или на кого они направлены. Например, «любовь» и «ненависть». Что из них хорошо или что плохо? Не подумав, можно сказать: первое — хорошо, второе — плохо. Но, вдумавшись, видишь: все сложнее. Смотря что любить и что ненавидеть. Если более всего люблю себя, люблю грех — что хорошего в такой любви! И если, напротив, ненавижу грех, ненавижу все то, что отделяет меня от добра, от правды, от Бога, то эта ненависть благословенна.

Угождать людям — дело сомнительное и противоречивое. Иногда и это бывает нужно. В конце концов, делая другому добро, разве мы не угождаем ему? Но так часто это переходит в тот грех, который так и называется — человекоугодие. Когда главным становится не то, что я делаю, а то, как это будет воспринято окружающими, понравится ли им, оценят ли они это должным образом.

Угождение людям порой ведет к предательству самого себя, отказу от того, что совесть считает правильным и достойным. Человекоугодие — это когда я выбираю не тот путь, которым зовет меня идти совесть, а тот, на который подталкивают окружающие. Совсем иное — Угождение Богу. Для верующего человека голос Божий тождественен голосу совести. Угождать Богу — делать то, что одобряет совесть. И напротив, ни за какие блага не идти на то, чему совесть противится.

Угождение Богу — самое главное дело нашей жизни. А точнее, любое дело может стать либо угодно Богу, либо мерзко Ему. Как узнать, что угодно, а что — нет? Не так уж и трудно. Афонский старец Кириак советовал своим ученикам перед началом любого дела осенить себя крестным знамением и сказать простые и короткие слова: «Господи, благослови». Сразу все станет ясно. Ведь нелепо звучит: «Господи, благослови посплетничать… соврать… изменить жене… закурить… и т. д.»

Праздники же, подобные этому, должны помочь понять не столько то, кто угоден Богу, сколько то, что угодно ему. И ответ в этот день мы получаем ясный и однозначный: МИЛОСЕРДИЕ. Святитель Николай прославился среди современников тем, что творил множество добрых дел и творил их тайно. Но, как сказал Господь, все тайное станет явным. Не только плохое, но и хорошее. Николай старался делать добро так, чтобы ни одна душа о нем не узнала. Теперь о нем знают все. Знают, любят, благодарят и просят о помощи. И получают эту помощь!

http://www.pravmir.ru/svyatitel-nikolaj-ugodnik-eto-kak/


Николай Чудотворец

Протоиерей Андрей Ткачёв



Святость скрыться не может. Она – свеча, поставленная на подсвечник, и город, стоящий на верху горы. В первом случае она освещает пространство вокруг себя. Во втором – видна издалека, с какой бы стороны к ней ни приближаться.

Святость преодолевает расстояния между людьми и эпохами. Разная языковая среда, разный культурный фон не мешают людям спустя столетия безошибочно распознать святость и поклониться ей.

Таков Николай Чудотворец.

Если бы между святыми было место зависти или соревнованию в людском почитании, многие бы смотрели на Николая исподлобья. Еще бы! Таким массовым почитанием на всех континентах не каждый похвалится. Но зависти между святыми, конечно, нет. Среди них царствует молитва и искренняя любовь. А вот у нас, странников и пришельцев, совершающих свой земной путь, есть серьезная тема для размышлений.

Причина массового и многовекового почитания Николая Чудотворца – в его внутреннем богатстве. Причем он так искусно скрыл тайну своей внутренней жизни от внешних глаз, что мы почти ничего не знаем о фактах его биографии. Слава нашла Николая после оставления земли и вхождения в небесный покой, то есть тогда, когда угрозы со стороны гордости и тщеславия (этих неизбежных спутников славы и похвалы) миновали.

Мы почитаем святого Николая и как минимум дважды в год, а нередко и каждую неделю по четвергам совершаем службы и обращаем к нему свои молитвы. В предновогоднее время к этому почитанию подмешивается изрядная доля клоунады, раздражающая тех, кто действительно любит святого. Стоит поднять вопрос о таких формах и способах почитания Николая, которые бы действительно прославили угодника Божия и принесли нам реальную пользу.

«Подражайте мне, как я – Христу», – сказал в одном из своих посланий апостол Павел. Это не просто частный призыв, обращенный к конкретной аудитории. Это духовный закон. Согласно этому закону, человек приобретает полезные навыки, учится и растет, подражая тем, кто лучше его, тем, кто ушел дальше и зовет нас за собой. Важно отметить и то, что Павел не говорит «подражайте Христу», но – «подражайте мне, как я – Христу».

Это значит, что высота подражания Господу не осиливается всеми сразу, но вначале необходимо учиться у тех, кто близок к Богу.

Теперь опять переведем мысленный взгляд на Николая Чудотворца. В чем мы можем ему подражать и через подражание максимально почтить этого святого? Например, тайным творением добрых дел. Это не очень приятное занятие для разъеденного тайными недугами человека, желающего похвалы и жаждущего славы. Но это именно то, чем прославился Николай, анонимно помогавший людям, попавшим в беду.

Не секрет, что святые оживляют для нас Евангелие Господа Иисуса Христа, воплощая его в своем поведении. Так, слово Божие говорит нам об «Отце, Который в тайне», «Который видит тайное и воздает явно», и призывает молитву, милостыню и пост совершать не напоказ, но для Господа. Однако привычно частое прочтение этих слов далеко не всегда приводит к их исполнению на деле, и мы продолжаем творить добро, втайне желая признания и похвалы. Нам нужны примеры. Нужны живые люди, которые слово и мысль превратили в дело и которые руководствовались заповедями не от случая к случаю, а постоянно.

Таков Николай. Он хорошо знал сердцем то, что сказал один из отцов Египта, а именно: самое твердое и правильное добро то, которое творят втайне. Николай и из мира хотел уйти, чтобы в монашеском одиночестве, ни на что не отвлекаясь, служить Богу постом и молитвой. Но Бог, знающий человека лучше, чем сам человек знает себя, указал Николаю на иной путь. Этот путь заключался в попечении о пастве и жизни среди волнуемого страстями многолюдства. Так подвижник лишился внешнего уединения и был вынужден искать уединения внутреннего. В этом тоже можно ему подражать.

Мы уже сказали кратко о том, что человек редко понимает красоту и ценность тайного доброделания. Свое и без того мелкое добро он склонен до конца губить и лишать себя будущей награды из-за саморекламы и того «трубления перед собою», которое Христос осуждал в лицемерах. Образ Николая в этом смысле не только льет на нас свой теплый свет, но и учит менять свою жизнь в соответствии с евангельской новизной.

Второй же его урок нам заключается в необходимости оберегать и воспитывать своего внутреннего человека. К монашескому образу жизни склонны очень немногие. Но совершать временное бегство от суеты, находить время для молчания и молитвы обязан каждый, кто не весь вывернут наизнанку и живет только внешним, кто хранит и оберегает свой внутренний мир.

Источник силы для человека – это его один на один предстояние перед Господом. И тот, кто совершил много евангельски великого и полезного, должен лишь одной стороной быть обращенным к миру и людям. Вторая половина его жизни по необходимости должна быть сокрыта в Боге, в общении с Ним.

Открытки, подарки, красные бутафорские носы, мешки за плечами, детский смех, ватные бороды… Праздник Николая – это, конечно, еще и детский праздник. Но и в эту веселую возню с ожиданием сюрпризов было бы хорошо внести евангельскую закваску. Дело в том, что дети в этот (да и не только в этот) праздник ориентированы на получение различных благ: внимания, ласки, подарков. А ведь они сами с некоторого возраста могут быть не только потребителями благ, но и творцами всякого добра.

«Ты любишь Николая Чудотворца? А ты знаешь, где секрет его известности и любви к нему? Секрет в том, что он помнил и исполнял слова Писания: “Блаженнее более давать, нежели принимать”. Ты почтишь Николая Чудотворца, если будешь ему в этом подражать. Помоги родителям по дому. Помоги отстающему товарищу усвоить предмет, который ты знаешь и понимаешь лучше, чем он. Сегодня и всегда поделись на перемене бутербродом с соседом по парте. Думай о других, а не только о себе. Отдавать ведь не значит только передавать из рук в руки деньги или вещи. Отдавать можно время, силы, знания, заботу, молитву. Этим должны заниматься все, в том числе и дети».

Подобное почитание святого очень востребовано, и оно, к сожалению, пока не является главным и общепринятым способом выразить Николаю свою любовь.

И еще очень важный момент. Николай ныне – житель Небесного Царствия. Разговор о нем – прекрасный способ повести речь о бессмертии души, о духовном мире, о неистребимости добра, сделанного во имя Божие. Если с детьми часто трудно или невозможно говорить о мучениках по причине страшных издевательств, которые они вынесли, то о таком святом, как Николай, можно говорить всегда. Только бы не «зацелофанить» и не «законфетить» образ святого. Только бы не свести все к дедушке с мешком, к детским письмам с просьбами о подарках, в которых видно, что аппетит подрастающего поколения разгорается не на шутку. Им уже не до шоколадок. Детки все чаще просят игровые приставки и новые модели мобильных телефонов. А родители, эти «датели» и «винители», эти частые эгоисты и тайные атеисты, умильно хохочут над письмами и просьбами своих деток.

Хорошо, если святой многого мелкого и ничтожного в наших праздниках, посвященных ему, не заметит. А если заметит и прогневается? Предание ведь сообщает нам о пощечине, которую от руки Николая получил Арий. И это значит, что святой не приставлен к бесконечному разносу подарков или попечению о плавающих по водам. Он ревнует о Истине. Нужно чтить его так, чтобы его ладонь на своей щеке не почувствовать.

Стоит вообще подумать о почитании святых. Чтобы чтить не только службой и застольем. Ведь можно найти и другие законные и благочестивые способы выразить святым свою любовь. В день памяти любого из евангелистов можно организовать в храме чтение соответствующего Евангелия. Да и любого из святых, чьи книги вошли в Библию, можно чтить таким образом. В день памяти Иоанна Милостивого или Филарета Милостивого сам Бог велел подражать святым делами любви. В день памяти Симеона Столпника, конечно, на столп не залезешь, но выключить мобильник, телевизор и компьютер и посидеть часа три в тишине можно попробовать.

Творчество нужно и свежий взгляд. Поскольку и сами святые – это не законники и формалисты, а в высшей степени интересные и глубокие люди.

Итак, зима, предчувствие Рождества, ощущение тайны в морозном воздухе и очередная память святого Николая. Как будем праздновать?

http://www.pravoslavie.ru/43494.html


Митрополит Антоний Сурожский:


Слово под праздник святителя Николая

СЛОВО, произнесенное на всенощной под праздник святителя Николая, 18 декабря 1973 г., в храме его имени, что в Кузнецах (Москва)

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Мы празднуем сегодня день смерти святителя Николая Чудотворца. Какое это странное совмещение слов: «праздник о смерти». Обычно, когда кого-нибудь застигнет смерть, мы тоскуем и плачем об этом; а когда умрет святой – мы об этом ликуем. Как же это возможно?

Возможно это только потому, что когда умирает грешник, у остающихся тяжело лежит на сердце чувство, что настало время разлуки, хотя бы временной. Как бы ни была крепка наша вера, как бы надежда нас ни окрыляла, как бы мы ни были уверены в том, что Бог любви никогда окончательно не отделит друг от друга тех, которые любят друг друга хоть несовершенной, земной любовью – все-таки остается грусть и тоска о том, что мы не увидим в течение долгих лет лица, выражения глаз, светящихся на нас лаской, не прикоснемся к дорогому человеку благоговейной рукой, не услышим его голоса, доводящего до нашего сердца его ласку и любовь...

Но наше отношение к святому не совсем таково. Даже те, кто был современником святых, уже при их жизни успели осознать, что, живя полнотой небесной жизни, святой не отделился от земли при жизни, и что когда он телом почиет, он все равно останется в этой тайне Церкви, соединяющей живых и усопших в едино тело, в един дух, в едину тайну вечной, Божественной, победившей все жизни.

Умирая, святые могли сказать, как Павел говорил: «я подвигом добрым подвизался.., веру сохранил; теперь готовится мне награда вечная, теперь я делаюсь сам жертвоприношением» (2Тим. 4:6–8).

И вот это сознание – не головное, а сознание сердца, живое чувство сердца о том, что святой не может от нас отлучиться (так же как от нас не отлучается ставший для нас невидимым Христос воскресший, так же как не отсутствует невидимый нам Бог), вот это сознание позволяет нам радоваться в день, когда, как говорили древние христиане, человек «родился в вечную жизнь». Он не умер – а родился, вошел в вечность, во весь простор, во всю полноту жизни. Он – в ожидании новой победы жизни, которой мы все чаем: воскресения мертвых в последний день, когда уже все преграды разделения падут, и когда мы возликуем не только о победе вечности, но о том, что Бог и временное вернул к жизни – но во славе, новой сияющей славе.

Один из древних отцов Церкви, святой Ириней Лионский говорит: «Слава Божия – это человек, до конца ставший Человеком». Святые являются такой славой для Бога; глядя на них, мы изумляемся тому, что Бог может совершить над человеком.

И вот, мы радуемся в день смерти того, кто на земле был небесным человеком, а войдя в вечность, стал для нас предстателем и молитвенником, не отлучившись от нас, оставаясь не только таким же близким, становясь еще более близким, потому что мы делаемся близкими друг другу по мере того, как делаемся близкими, родными, своими Живому Богу, Богу любви. Радость наша сегодня так глубока! Господь на земле пожал, словно зрелый колос, святителя Николая. Теперь он торжествует с Богом, на небесах; и как он любил землю и людей, умел жалеть, сострадать, умел окружить всех и встретить каждого изумительной ласковой, вдумчивой заботой, так и теперь он молится о нас всех, заботливо, вдумчиво.

Когда читаешь его жизнь, поражаешься, что он не только о духовном заботился; он заботился о каждой человеческой нужде, о самых скромных человеческих нуждах. Он умел радоваться с радующимися, он умел плакать с плачущими, он умел утешить и поддержать тех, кому нужно было утешение и поддержка. И вот почему народ, мирликийская паства его так полюбила, и почему весь христианский народ так его чтит: ничего нет слишком ничтожного, на что он не обратил бы внимание своей творческой любви. Нет ничего на земле, что казалось бы недостойно его молитв и недостойно его трудов: и болезнь, и беднота, и обездоленность, и опозоренность, и страх, и грех, и радость, и надежда, и любовь – все нашло живой отклик в его глубоком человеческом сердце. И он нам оставил образ человека, который является сиянием Божией красоты, он нам в себе оставил как бы живую, действующую икону подлинного человека.

Но оставил он нам ее не только для того, чтобы мы ликовали, восхищались, изумлялись; он нам оставил свой образ для того, чтобы мы от него научились, как жить, какой любовью любить, как забывать себя и помнить бесстрашно, жертвенно, радостно всякую нужду другого человека.

Он нам оставил образ и того, как умирать, как созреть, как встать перед Богом в последний час, отдав Ему душу радостно, словно возвращаясь в отчий дом. Когда я был юношей, мой отец мне раз сказал: научись в течение твоей жизни так ожидать смерть, как юноша трепетно ожидает прихода своей невесты... Вот так ждал и святитель Николай часа смертного, когда раскроются смертные врата, когда падут все узы, когда вспорхнет душа его на свободу, когда ему дано будет лицезреть Того Бога, Которому он поклонялся верой и любовью. Так и нам дано ждать – ждать творчески, не ждать оцепенело, в страхе смерти, а ждать с радостью того времени, той встречи с Богом, которая нас сроднит не только с Живым Богом нашим, со Христом, ставшим человеком, но и с каждым человеком, потому что только в Боге мы делаемся едины...

Отцы Церкви нас призывают жить страхом смертным. Из столетия в столетие мы эти слова слышим, и из столетия в столетие мы их превратно понимаем. Сколько людей живет страхом того, что вот-вот наступит смерть, и за смертью – суд, а за судом – что? Неизвестно. Ад? Прощение?.. Но не об этом страхе смертном говорили отцы. Отцы говорили о том, что если бы мы помнили, что через мгновение можем умереть, как бы мы спешили делать все добро, которое мы еще можем успеть сделать! Если бы мы думали постоянно, трепетно о том, что стоящий рядом с нами человек, которому мы сейчас можем сделать доброе или злое, может умереть – как бы мы спешили о нем позаботиться! Не было бы тогда никакой нужды, ни большой, ни малой, которая превосходила бы нашу способность жизнь посвятить человеку, который вот-вот умрет.

Я уже сказал нечто о своем отце; простите – я скажу еще одно личное. Моя мать три года умирала; она это знала, потому что я это сказал ей. И когда смерть вошла в нашу жизнь, она жизнь преобразила тем, что каждое мгновение, каждое слово, каждое действие – потому что оно могло быть последним – должно было быть совершенным выражением всей любви, всей ласки, всего благоговения, которые между нами были. И вот три года не было мелочи и не было крупных вещей, а было только торжество трепетной, благоговейной любви, где все сливалось в великое, потому что и в одном слове можно заключить всю любовь, и в одном движении можно выразить всю любовь; и это должно быть так.

Святые это понимали не только по отношению к одному человеку, кого они любили особенно ласково и на протяжении каких-то малых лет, на которые у них хватало духа. Святые умели так жить в течение целой жизни, изо дня в день, из часа в час, по отношению к каждому человеку, потому что в каждом они видели образ Божий, живую икону, но – Боже! – порой такую оскверненную, икону такую изуродованную, которую они созерцали с особенной болью и с особенной любовью, как мы созерцали бы икону, затоптанную в грязь перед нашими глазами. А каждый из нас грехом своим затаптывает в грязь образ Божий в себе.

Подумайте над этим. Подумайте над тем, как славна, как дивна может быть смерть, если только мы проживем жизнь, как святые. Они – подобные нам люди, отличающиеся от нас только смелостью и горением духа. Если бы мы подобно им жили! И как богата могла бы быть для нас память смертная, если вместо того, чтобы называться, на нашем языке, страхом перед смертью, она была бы постоянным напоминанием, что каждое мгновение есть и может стать дверью в вечную жизнь. Каждое мгновение, исполненное всей любовью, всем смирением, всем восторгом и крепостью души, может распахнуть время к вечности и нашу землю сделать уже местом, где явлен рай, местом, где живет Бог, местом, где мы едины в любви, местом, где все дурное, мертвое, темное, грязное побеждено, преображено, стало светом, стало чистотой, стало Божественным.

Дай нам Господь вдуматься в эти образы святых, и не друг друга, даже не себя спрашивать о том, что же делать, а обратиться прямо к ним, к этим святым, из которых некоторые были поначалу разбойниками, грешниками, людьми страшными для других, но которые сумели величием души воспринять Бога и вырасти в «меру возраста Христова» (Еф. 4:13). Станем их спрашивать... Что с тобой случилось, отче Николае? Что ты сделал, как ты раскрылся силе Божественной любви и благодати?.. И он нам ответит; он своей жизнью и своей молитвой сделает для нас возможным то, что нам кажется невозможным, потому что сила Божия в немощи совершается, и все нам доступно, все нам возможно в укрепляющем нас Господе Иисусе Христе.

Аминь.


О ПРИЗВАНИИ ХРИСТИАНИНА

Слово, произнесенное на литургии в день памяти святителя Николая 19 декабря 1973 г., в храме его имени, что в Кузнецах (Москва)

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Поздравляю вас с праздником!

Когда мы празднуем день такого святого, как Николай Чудотворец, которого не только русское сердце, но вселенское Православие восприняло как один из самых совершенных образов священства, делается особенно трепетно и служить Божественную литургию и предстоять ей; потому что прежде чем он стал сотаинником апостолов, святитель Николай был подлинным, истинным мирянином. Сам Господь открыл, что именно его надо было поставить священником – за чистоту его жизни, за подвиг его любви, за его любовь к богослужению и храму, за чистоту его веры, за его кротость и смирение.

Все это было в нем не словом, а было плотью. В тропаре ему мы поем, что он был «правило веры, образ кротости, учитель воздержания»; все это его пастве явилось самим делом, сиянием его жизни, а не только словесной проповедью. И таким он был еще мирянином. И таким подвигом, такой любовью, такой чистотой, такой кротостью он стяжал себе высшее призвание Церкви – быть поставленным архиереем, епископом своего града; быть перед глазами верующего народа (который сам является телом Христовым, местом пребывания Святого Духа, божественным уделом), среди православного народа стоять, как живая икона; чтобы можно было, взирая на него, в его глазах видеть свет Христовой любви, в его действиях видеть, воочию пережить Христово божественное милосердие.

Мы все призваны следовать одним путем. Нет двух путей для человека: есть путь святости; другой путь – путь отречения от своего христианского призвания. Не все достигают той высоты, которая нам явлена во святых; но все мы призваны быть настолько чистыми своим сердцем, своим помышлением, своей жизнью, своей плотью, чтобы мы могли быть как бы воплощенным присутствием в мире, из столетия в столетие, из тысячелетия в тысячелетие, Самого Христа.

Мы призваны быть так совершенно, так полно отданными Богу, чтобы каждый из нас стал как бы храмом, где живет и действует – и в нас и через нас – Святой Дух.

Мы призваны быть дочерьми и сынами нашего Небесного Отца; но не иносказательно только, не потому только, что Он с нами обращается, как отец обращается с детьми. Во Христе и силой Святого Духа мы призваны подлинно стать Его детьми, подобными Христу, приобщившись Его сыновству, получив Духа сыновства, Духа Божия, так, чтобы наша «жизнь была сокрыта со Христом в Боге» (Кол. 3:3).

Этого мы не можем достигнуть без труда. Отцы Церкви нам говорят: «пролей кровь и получишь Дух». Мы не можем просить Бога о том, чтобы Он вселился в нас, когда сами мы не трудимся над тем, чтобы приготовить Ему святой, очищенный, богопосвященный храм. Мы не можем Его звать в глубину нашего греха вновь и вновь, если не имеем твердого, пламенного намерения, если мы не готовы, когда Он к нам снизойдет, когда Он нас взыщет, как заблудшую овцу, и захочет понести обратно в отчий дом, быть взятыми и унесенными навсегда в Его Божественных объятиях.

Быть христианином – это быть подвижником; быть христианином – это бороться за то, чтобы преодолеть в себе все, что является смертью, грехом, неправдой, нечистотой; одним словом – преодолеть, победить все то, из-за чего Христос был распят, убит на Кресте. Грех человеческий Его убил – мой, и ваш, и наш общий; и если мы не избываем и не изживаем греха, то мы приобщаемся либо тем, которые небрежением, холодностью, безразличием, легкомыслием отдали Христа на распятие, либо тем, которые злобно Его хотели уничтожить, стереть с лица земли, потому что Его облик, Его проповедь, Его личность были их осуждением.

Быть христианином – это быть подвижником; и однако самим нам спастись невозможно. Наше призвание настолько высоко, настолько велико, что человек своими силами не может осуществить его. Я уже говорил, что мы призваны быть как бы привитыми к человечеству Христа, как веточка прививается к животворному дереву – с тем, чтобы жизнь Христова била ключом в нас, чтобы мы были Его телом, чтобы мы были Его присутствием, чтобы наше слово было Его словом, наша любовь – Его любовью, и наше действие – Его действием.

Я сказал, что мы должны стать храмом Святого Духа, но больше чем вещественным храмом. Вещественный храм содержит в себе присутствие Божие, но не пронизывается им; а человек призван так соединиться с Богом, как, по слову святого Максима Исповедника, огонь пронизывает, проникает железо, делается с ним одно, и можно (говорит Максим) резать огнем и жечь железом, потому что больше нельзя различить – где горение и где горючее, где человек и где Бог.

Этого мы не можем достичь. Мы не можем стать сынами и дочерьми Божиими только потому, что мы сами этого хотим или об этом просим и молим; мы должны быть приняты Отцом, усыновлены, должны стать, по любви Божией ко Христу, тем, чем Христос является для Отца: сынами, дочерьми. Как же нам этого достичь? Ответ на это нам дает Евангелие. Петр спрашивает: «Кто же может спастись?» – И Христос отвечает: «Невозможное человеку возможно Богу» (Лк. 18:26–27).

Подвигом мы можем открыть свое сердце; охранить от нечистоты свой ум и душу; мы можем направить свои действия так, чтобы они были достойны нашего призвания и нашего Бога; мы можем плоть нашу сохранить чистой для приобщения Тела и Крови Христовых; мы можем открыться Богу и сказать: «Прииди, и вселися в ны»... И мы можем знать, что если мы искренним сердцем этого просим, этого хотим, то Бог, Который хочет нам спасения больше, чем мы умеем сами себе его хотеть, нам его даст. Он же Сам в Евангелии нам говорит: «Если вы, будучи злыми, умеете добрые подарки давать своим детям, насколько больше Отец ваш Небесный даст Духа Святого просящим у Него» (Лк. 11:13).

Поэтому будем всей силой нашей человеческой немощи, всем горением нашего тусклого духа, всей надеждой нашего сердца, тоскующего по полноте, всей нашей верой, которая вопиет к Богу: «Господи, верую, – однако помоги моему неверию!» (Мк. 9:24), всем голодом, всей жаждой нашей души и тела будем просить Бога о том, чтобы Он пришел. Но вместе с тем, всеми силами нашей души, всеми силами нашего тела будем приготовлять Ему храм, достойный Его прихода: очищенный, посвященный Ему, охраненный от всякой неправды, злобы и нечистоты. И тогда – придет Господь; и совершит, как Он обещал нам, с Отцом и Духом, Тайную вечерю в наших сердцах, в нашей жизни, в нашем храме, в нашем обществе, и воцарится Господь во век, Бог наш в род и род.

Аминь!

https://azbyka.ru/otechnik/Antonij_Surozhskij/ljubov-vsepobezhdajushhaja/6


Проповедь свт. Николая Сербского в день памяти свт. Николая 


Сегодня мы прославляем одного богача, который вошел в Царство Небесное. Господь сказал, что трудно богачу войти в Царство Небесное. Но Господь не говорил, что богатый совсем не может войти в Царство Небесное.

Ибо если бы Он сказал, что это невозможно, то многие из богатых людей, которые унаследовали богатство от родителей, были бы с самого начала, не будучи виновны в этом, отлучены от Небесного Царства.

В таком случае и святой Никола, который наследовал богатство от родителей, был бы отлучен от него, был бы отлучен и царь Неманя, Святой Симеон Мироточивый, Сербский царь, который имел семь башен грошей и дукатов. Были бы отлучены и другие, которые в этой жизни считались богатыми и чьи имена, между тем, мы находим в церковном календаре.

Нет, братья мои, никого благий Господь наперед не лишает Своего Царства, и ни перед кем, кто желает вечной жизни, Он не закрывает врата небесные, какого бы положения или звания он ни был. По неизреченному Своему человеколюбию Бог желает всем людям спастись. И в этой жизни невозможно помешать кому бы то ни было спастись, ни единому человеку, если он сам себе в этом не помешает.

Не потому богатому трудно войти в Царство Небесное, что он богат. Но потому, что мало кто из богачей может справиться с искушениями, которые приходят с богатством. Редко кто из богатых людей может воздержаться и не злоупотребить богатством. Мало таких богатых на свете, кто бы своим богатством не купил себе места в аду, вместо рая, вечные муки вместо вечной жизни. Мало тех, кто не прилепились бы сердцем к своему богатству и не удалились бы от Творца всяческих.

Мало их, но были и они. Тяжко богатому войти в Царство Божие. Но некоторые богачи вошли. Вошел святой Никола, вошел царь Неманя, вошли и другие. Им богатство не только не помешало, но еще и помогло войти в Царство и быть вписанными в Святцы. Ибо они употребили свое богатство во славу Божию и на спасение своих близких.

Имея богатство, они как бы ничего не имели. Все, что у них было, они считали собственностью Господа, а себя Божиими слугами и хранителями чужих сокровищ, которые распределялись и делились ими согласно евангельским заповедям. Таким путем они спасли свои души, и другим помогли спастись. Это героические души, которые не поддались тому, чтобы ими завладело их богатство. Но они сами владели им.

Кроме земного богатства святой Никола имел три гораздо более великих сокровища: богатство веры, богатство правды и богатство милости. Раздавая свое земное богатство нищим из любви ко Христу, он и сам стал нищим. Но эти три сокровища только еще более умножились к концу его земной жизни. То, что они в изобилии передал свою веру другим людям, сделало его богатым верою. Из-за того, что он ревновал за правду Божию, душа его наполнилась правдой. Сердце его было полно милости, изливая милость на людей. Вера, правда и милость – небесные богатства, которые при раздаче их не умаляются. Вера, правда и милость – три сокровища святого Николы, которые он оставил в наследство Церкви, которые еще до сего дня не истрачены.

Это тройное благо оставил святитель Божий в наследство вам, тем, кто его помнит и прославляет. Вы, которые славите святого Николу, знаете, что ему милее то, что вы от него берете, чем то, что он от вас получает.

Вера святого Николы была чиста, как кристалл. И как алмаз тверда. Он показал это в Никее, защищая православие от еретика, подвергая при этом свою жизнь опасности.

Правда Божия в святом Николе ясна, как солнце. Он показал это, когда помешал палачу казнить трех мужей, невинно осужденных на смерть, появившись перед палачом и исторгнув меч из его рук. Снова подвергая свою жизнь опасности.

А милость святого Николы к бедным и нищим была подобна Христовой милости. Все свое имение он раздавал как милостыню более тайно, чем явно, обрекая себя на нужду и голод.

Но этот великий слуга Христов не страшился ни еретика, ни палача, ни голода. Он знал с уверенностью, что Всевышний бдит над верными слугами Своими. И действительно, Всевышний защищал его до конца жизни и прославил после смерти среди ангелов и людей, как мало кого.

Но кроме этих трех великих сокровищниц духовных благ, кроме веры, правды и милости, святой Никола имел и еще несколько переполненных ризниц. Это ризница кротости, ризница воздержания, поста и молитвы, ризница смирения и так далее.

Все эти переполненные ризницы духовного и морального блага оставил этот дивный святитель Христов вам, православным христианам в наследие. На сегодняшний день все эти богатые ризницы открываются и предлагаются вам. Святой Никола принимает ваши хлебы, ваши свечи и молитвы, как ответный дар ему, а не как ваш дар.

Он вам предлагает сегодня свои дары. Если вы их примете, то и он примет от вас ответные дары. Если вы отвергнете его дары, отвергнет и он ваши. Берегите добро и не отказывайтесь от даров, которые вам предлагает этот богач Христов.

И еще на один момент обратите внимание и порадуйтесь. Святой Никола ни книг не писал, ни кровь свою мученически не пролил за Христа, и все же прославлен многих святых, которые и мудрые книги написали или мученически за Христа пострадали. Это великая и дивная тайна. Это дело Божие.

Этим благий Господь хотел показать, что Он вводит в Свое Царство не только мудрых богословов и мучеников, но и все то неисчислимое количество добрых душ, которые ни книг не писали, ни мученичества не претерпевали, но истинную веру сохранили, и закон Божий исполнили. А таких как раз большинство среди верных. То есть таких, которые не говорят, но делают, которые книг не пишут, но Духом Божиим дышат.

Действительно, много есть мудрых богословов и мучеников, но все же они в меньшинстве по сравнению с огромным числом этих последних, которые не прославились ни как богословы, ни как мученики, но как молчаливые, но верные слуги Божии, как святой народ Божий.

Святой Никола – святитель народный, совершенный представитель того множества людей, которые слушают слово Божие и спешат исполнить его, и примером своим научить других.

В этом причина того, почему святой Никола прославлен более многих святых учителей и мучеников. И поэтому Церковь посвятила чудотворцу Николаю Мирликийскому, кроме сегодняшнего дня еще и все четверги обычных седмиц в продолжение целого года вместе со святыми апостолами.

Богу нашему слава, святому Николе честь и поклонение.

Аминь.

http://www.odigitria.by/2017/05/22/propoved-svt-nikolaya-serbskogo-v-den-pamyati-svt-nikolaya/



Назад в раздел
© 2010-2018 Храм Успения Пресвятой Богородицы      Малоохтинский пр.52, телефон: +7 (812) 528-11-50
Сайт работает на 1С-Битрикс